В системе, которую практикует нынешняя кремлевская школа политтехнологий, основная задача — найти соответствующую метафору. И они ее отыскивают методом массовых фокус — групп и других социологических инструментов. На основании этих замеров технологи создают образы, фигуры, идеи для своих политических и выборных кампаний — они ведь выдумываются — этого из головы не вытянешь…

Можно только догадываться, какую власть над народом имеют современные кремлевский технологи, имеющие ежедневный доступ и информацию о том, какое воздействие на различные электоральные группы имеет выступление первого лица, какие вербальные и визуальные знаки ими воспринимаются и каким образом.

Имея подобный инструмент можно до мельчайших подробностей не только выверять рекламные и PR продукты, можно создавать мощнейшие программные слоганы, можно определять ту политику государства, которую поддержит большинство.

Это мощный край, который задает язык говорения с людьми, опираясь на структуры этих тезаурусов и словарей. На вершине этой школы для меня стоит фигура Сатарова, через его работы я понял, как глубоко в России изучался этот вопрос. Но одно из важнейших открытий, которое я сделал, опираясь на тексты Сатарова, лежало несколько в иной плоскости.

Некоторое время назад россиянами было проведено толковое исследование, в ходе которого были отобраны идеологемы и изучены особенности и различия в их восприятии различными целевыми группами населения страны. То, что оказалось для меня особенно ценным — это выводы: Сатаров утверждал, что для представления данной информации было бы достаточно всего 2-х измерений (двух координат). Когда же в России начались бурные общественно — политические процессы — для представления аналогичных данных, по утверждению автора, 2-х измерений оказалось недостаточно, количество координат увеличилось (увеличилась размерность политического рынка) т.е. политологи привлекли другие (системные) подходы к представлению информации. Современные социальные измерения политического рынка определяют размерность этого рынка. Это очень близко к координатному представлению данных электоральной истории Украины, которую развиваем мы: в любом случае, для понимания данных о выборах, традиционной системы представлений в виде «столбиков» и «кружочков» является явно недостаточно.

Политики и инвесторы — люди, принимающие решение, включать или не включать социологию в избирательную кампанию не знают, не понимают и не имеют опыта адекватного использования научных методов на практике; так же не адекватно привлекается на мой взгляд и психология

Для пояснения вспомню про еще одно исследование, которое проводили американцы — оно касалось решение проблемы участившихся крушений летательных машин времен Вьетнамской войны. Научные консультанты-психологи, изучив ситуацию, пришли к неожиданным выводам — реальное решение проблемы заключается в том, чтобы переформировать группы команд полета.

Проблема гибели бомбардировщиков сводилась к…внутреннему конфликту, который проявлялся у летного состава в экипажах, которые набирались, обучались, тренировались и летали вместе помногу лет подряд; группы экипажа формировались случайно, перестановки членов экипажа не рассматривались. Профессиональные консультанты первые выявили и обозначили необходимость перестановок в составах команды на этих бомбардировщиках и машины перестали падать. К такому решению можно было подобраться только применяя настоящий научный метод.

Современная Украина лишена подобных подходов в принципе. Некомпетентность неотделима от сегодняшней политики, поэтому у нас, здесь и сейчас, процветают псевдоподходы, в том числе и в оценках результатов самой сферы деятельности политических технологий.

Чтобы вырабатывать реальные программы, необходимо, чтобы, во-первых, на них был запрос, во-вторых, чтобы оценка деятельности того или иного технолога опиралась на определенные критерии, хотя бы такие, какие обозначаются в тендерах. А это, увы, невозможно, ввиду особой — интеллектуальной, сферы деятельности этих самых политтехнологов. В этой сфере продается «бренд», «миф», а не «реальный предъявленный результат», «реальный эффект». На «бренде» и «мифе» строят свои презентации псевдо — технологи, на этом основании лица, принимающие решение, определяют, с кем работать. По этой же причине украинский технолог, вступая в коммерческие отношение с заказчиком, является связанным по рукам и ногам в принятии самых элементарных управленческих решений, например: какой инструмент выбрать, какой бюджет тратить и на что именно его тратить. Это нонсенс для сфер, где требуется реальный результат и решение целевой задачи.

Кроме того, современные заказчики,обращаясь к политтехнологам, хотят либо денег, либо победить (и только в этой «глубине» разработки), и только эти и никакие другие целевые задачи обслуживают и те, кто называется политическими технологами.

Алена Сибирякова: Значит ли это, что социальные измерения, которые ведутся в рамках украинских выборов, не могут по своему определению работать с реальностью?

Теперь вернемся к украинской выборной практике, в которой часто используется комплекс инструментов, обозначаемый как «социологическая поддержка». И здесь возникает другой важный вопрос — кто ставит задачу, насколько глубоко и конкретно и, в конце концов, адекватно цели эта задача поставлена.

Нужно понимать, что социология — вторична, если рассматривать ее в качестве рабочего инструмента для решения реальных задач, задач избирательной кампании.

Первичен — запрос управленца. В данном случае мы снова возвращаемся к политтехнологу.

Правильный и другой вопрос, который был поднят — в Украине социальные процессы, которые идут, неадекватно описываются социологией.

Какое-то время назад случайным образом была задействована определенная социологическая технология, наработанная на Западе, включающая анкетный опрос, выборку и т.д., которая воспроизводится на практике выборов вот уже больше десяти лет, из года в год, от выборов к выборам! На социологическом рынке Украины работают полтора десятка крупных игроков, использующие сравнительно слабенькие можно сказать шаблоны представления измерений.

Различные системы представления данных — векторное, функциональное, матричное, не задумываясь над вопросом — существует ли это в Украине как реальность выборов, хотя бы для того, чтобы ее изучать европейскими методами? Бытует некое абстрактное традиционное представление о социологии, которым все эти игроки и ограничивается, некая единая социологическая практика. Для меня это в корне неверно, социология — не одна! Нет единой социологии! Как нет единой математики, или биологии.

На этом базируется моя уверенность про современные работающие подходы к социологическим измерениям сегодня в Украине. Мы сталкиваемся с задачей — создавать все заново.

Понятно, что существует последовательность данных результатов этих выборов выраженная в конкретных цифрах проголосовавших людей и распределения их голосов по регионам и участкам. Набор этих данных с точки зрения социологии и политической технологии сам по себе ценности не представляет. Мы попытались подвергнуть эти данные математическому анализу и достигли в этой связи интересных результатов — мы получили интересную картинку, которая остается неизменной на протяжении длительного времени (более, чем десять лет). Мы поучили своеобразную конструкцию цифровых каркасов, которые представляют социальный хребет Украины на фоне результатов выборов избирателей в 27-ми регионах.

Сами по себе измерения не являются научным фактом, таковыми их делает система представления, которая может подвергаться комментариям, интерпретациям, прогнозам, иными словами, может быть использована на практике. Так вот, что мы увидели, подвергнув данные математическому анализу, было совсем непохоже на то, что мне доводилось видеть раньше, анализируя, скажем данные голосования в Германии.

При этом, эти данные сопоставимы, как и в Германии предпочтения украинцев распределились однородно — подтверждением этого служит наглядная геометрическая модель, имеющей ядро и 2 расходящиеся в разные стороны ветки, по внешнему виду фигура более всего напоминает подкову или скобу. Сами того, не ожидая, мы получили картинку, близкую к учебникам по анализу данных, теории катастроф и теории бифуркации на плоскости…..

(«Подкова Финкеля» — см. прикрепленный файл)

Для сравнения в Германии при аналогичном анализе и масштабе (в Германии — это земли, 16 земель) мы имеем совершенно другую фигуру. В Украине — это скобка, подкова, в Германии — прямая линия. Таким образом, нам удалось увидеть наглядную разницу в общественном и социальном сознании населения этих двух стран. С этого момента можно говорить о том, насколько адекватно социальные измерения, которыми мы сегодня пользуемся….

Следующим шагом стало введение понятия об энтропии, с помощью которого можно попытаться делать некоторые о мере сходства (различия) в голосовании на выборах во времени в разных местах Украины.

В социальной психологии есть термин — когнитивный диссонанс, он ближе всего подходит к объяснению понятия энтропии в нашем случае. Это эффект влияния на социальную среду исходя из общности установок, которые существуют в том или ином месте. Так, если человек принял решение голосовать за определенного кандидата, любой негатив в отношении определенной политической силы этого кандидата, который он будет получать в виде информации будет его не отводить от этой, цели, а только приближать. Высказанный негатив будет только укреплять веру этого человека в данного кандидата или политическую силу.

Создается такое впечатление, что если мы выбираем украинца, который имеет определенные избирательные предпочтения (например, голосует за «Нашу Украину») и воздействуем на него определенным образом, то одномоментно с этим возникает другая группа людей, определившихся с голосованием за противоположного кандидата, и она уравновешивает это влияние, проявляясь в протестном голосовании. Следуя этой закономерности, можно предположить, что радикально настроенные за определенную политическую жители Донецкой области могут скорее объединиться с жителями Львовской области, которые не менее одиозны в своем выборе.

Это только одна из многих закономерностей развития возможных сценариев на территории Украины, которые позволяет рассмотреть загадочная подкова — другая система представлений и измерения украинского социума.

Резюме, изложенное ниже, принадлежит авторству Леонида Самойловича, в нем он не просто сакцентировал внимание на основных моментах, которые прозвучали в интервью. На мой взгляд, он также озвучил свою позицию относительно того, что происходит в современной украинской социологии, как всегда, честно… Он также попросил меня и редакторов ресурса, на котором появится это резюме, по-возможности ничего в тексте не купировать. За что я безмерно благодарна РелкаМастеру.

Итак, мы утверждаем:

Любимое занятие в украинских выборных практиках — проводить массовый опрос. Это одно из самых смешных действ — точнее в этой практике становится очевидным вся глубина некомпетентности:

- это несуразные объемы выборки и способы ее разворачивания

- не увязанные с выборкой вопросники, анкеты

Я точно знаю о проведении 7000 опроса с анкетой, которую могут понять и отработать (по моим оценкам) не более 20% населения. И ах, если бы можно было бы прокомментировать саму выборку — но теперь у нас пока нет ни времени, ни места

-это абсолютное отсутствие внятных целей и задач измерений — они обычно подменяются несодержательными формулировками, которыми обмениваются заказчик (тот, кто платит и заказывает музыку) и социолог (девочка, которая суетится).

Так меряют основную характеристику — рейтинг, сильно упрощая смысл социологических измерений. (Простота хуже воровства) Но мерить можно и нужно не только рейтинг но, например, размерность политической ситуации (Сатаров), можно и нужно измерять процессные характеристики ситуации. Очень смешно выглядят усилия понять то, что происходит на политическом рынке: но понять можно либо в конкретных (хорошо разработанных понятиях) или вместе с пониманием разрабатывать соответствующую систему самих понятий.

Вообще же совершенно упускается из виду то, что для того чтобы понять (например, измерения) нужно их как то определенно представить — вообще говоря, выбор представления это основа для того чтобы понимать научно или точнее разумно

В этом ключе мы вводим координатное представление результатов выборов. В рамках этого преставления мы открыли фрактальный характер структуры выборов (характерные ветви выборов, геометрия которых проявляется в разных масштабах : в масштабе областей, в масштабе округов, в масштабе избирательных участков). Этот фрактал проявляется во всех осуществленных выборах в Украине: начиная с выборов 98 года; мы определили и размерность пространства выборов. Мы ввели и исследуем меры определенности выборов на территориях; эти меры позволяют оценивать то, насколько устойчив или не устойчив осуществленный выбор. Прагматический характер для всего этого не очень внятен обыденному сознанию ни заказчика, ни социолога, который то же работает не в некоторой интеллектуальной дисциплине, а сам основывается на своем обыденном сознании, в действительность которого свирепо верит.

Алена Сибирякова,

Специально для www.reklamaster.com